Статьи

Хроники семейного театра

Есть мнение, что две творческих личности на одну семью – перебор. Здесь ярче некуда: Сергей Федоров - заслуженный артист РФ, актер (я бы даже сказала «заслуженный ветеран») «Коляда-театра», номинант на Губернаторскую премию нынешнего года, обладатель премии «Браво»-2011 за «Лучшую мужскую роль». Его жена Анна Богачева – успешный драматург, лауреат-дипломант множества литературных и театральных премий. По ее сценарию «Китайская бабушка» в 2010 году на «Мосфильме» снят полнометражный художественный фильм, пьесы для детей активно ставятся по всей стране, иногда ее называют «уральской Астрид Линдгрен».
Два года назад у них родился замечательный сын Захар, он уже вовсю изъясняется мимикой и жестами, копируя пластику отца, и весело смотрит на мир совершенно мамиными зелено-серыми глазами. На вопрос «кто в семье главный?», муж и жена дружно отвечают: «Я!». А потом все-таки Анна замечает, что обе стороны равны, и когда в полемическом запале ей доводится «выходить за рамки», Сергей укоризненно качает головой и мягко говорит: «Аня, ну, это уже лишнее!».

В определении же – что такое «семья» и «любовь» –супруги как раз сходятся (хотя дознание я проводила с каждым по отдельности). Здесь, считают они, на первом месте доверие и понимание, уважение друг к другу.

Сергей Федоров играет по 25 спектаклей в месяц только в «Коляда-театре», а еще участвует в проектах «Центра современной драматургии» (на Губернаторскую премию он как раз был выдвинут за роль в спектакле ЦСД – «Сатори»), снимается в кино. Сейчас на его счету более пяти киноролей. Из них самая яркая и смешная, пожалуй, Вася Жмуркин, герой сериала «Дело было в Гавриловке».

ОТКУДА БЕРУТСЯ СКАЗКИ?

Так называлась одна из пьес Анны Богачевой, где детский писатель-сказочник Никита Фиолетов придумывает веселые истории с помощью двух сестричек-феечек. Но Аня, которая в 2001-ом закончила ЕГТИ по специальности «Драматургия», прекрасно знает, что на одном вдохновении в этой профессии далеко не уедешь. Одной из ее «феечек» стал Николай Коляда, который при первом знакомстве посоветовал Анне оставаться вольнослушательницей и продолжать учиться на факультете «Театроведение», но позже, после нескольких удачных пьес и инсценировок уже на третьем курсе, сделал для нее исключение и перевел ее на «Драматургию».
«Наверное, тогда, в конце 90-х,- признается Аня, - такое «переключение» просто помогало мне выжить». Дело в том, что к тому моменту за ее плечами уже был скоротечный студенческий брак, после которого на руках остался сын Роман с тяжелым органическим поражением центральной нервной системы. «И волшебные истории, - считает она, - это как защитная реакция организма, они тем светлее, чем труднее тебе в реальности. Конечно, без помощи моей мамы Галины Ивановны я бы ничего не добилась. Мама оставалась с Ромиком, когда я уезжала на сессию и на семинары, она и сейчас очень мне помогает, но главное – она всегда в меня верила, говорила: «К тридцати годам ты станешь известной писательницей». Звучало это в то время для меня совсем нереально, я смеялась и в шутку переспрашивала – а почему так поздно, почему не в двадцать?»

И если вера в чудеса передалась Анне Богачевой от матери, то писательский талант и любовь к сцене перешли по наследству от отца Юрия Алексеевича. Всю свою короткую 44-летнюю жизнь он посвятил творчеству. Начинал с бардовских песен, потом увлекся КВНом, а последние годы посвятил развитию детской эстрады в Нижнем Тагиле, писал тексты для детских песен, сценарии первых в городе телепередач для детей.
«В пьесе «Чемоданное настроение», за которую я получила кучу призов, и которую особенно любят ставить детские театры, - улыбается Анна,- очень много папиных шуточек и присказок. Я туда весь багаж, усвоенный с детства, вывалила - «здорово-корова, уже полвторого», «Лёня по уши в бульоне», «мерси-караси», «гудбай-попугай».

Мама всегда была одним из первых читателей и критиков Аниных пьес, теперь в их число попал и муж. Сергей Федоров, правда, отзывы дает не очень охотно, «потому что вдруг обижу невзначай?» «Он вообще очень добрый, - рассказывает Анна, - таких, наверное, не бывает. Я долго не могла забеременеть, сказывался негативный опыт с первым сыном, страхи мешали, переживала, плакала, тогда Сережа сказал: «Ничего, у нас же уже есть один сын – Рома». И тогда мои страхи, как рукой сняло, и на свет появился Захар. Теперь у меня мечта – написать пьесу для него и получить отклик, так сказать, по месту жительства». Пойдет ли сын по стопам отца – вопрос, но Анна считает, что актерская профессия одна из самых интересных.

Недолюбленных нет

А вот Сергей Федоров вкус к актерскому исполнительству чувствовал с детства. С того момента, когда первый раз в пятилетнем возрасте вышел «представлять» на сцену сельского клуба в деревне Никулино Тюменской области, которым заведовала его мама, Екатерина Филипповна. Все школьные годы он активно участвовал в художественной самодеятельности, но актерское образование получил далеко не сразу. «С рабфака Сельхозинститута ушел, поняв, что это не моё. Потом поступил в УРГУ на истфак, а через три года и его решил оставить. Я очень благодарен своему отцу Анатолию Степановичу, который не довлел, не отговаривал, а всегда относился с уважением и доверием к моим поискам себя, к моему выбору. Сейчас я представляю, насколько странным выглядело тогда мое решение стать актером. Зато теперь я единственный в нашем районе заслуженный артист, и папа, дай Бог ему здоровья, гордится и радуется моим успехам». В ГИТИС (ныне РАТИ – Российская Академия Театрального Искусства) на заочное отделение, Сергей поступил только в 1992 году, когда уже работал штатным артистом в «Театроне», первом частном театре Екатеринбурга, у Игоря Турышева. Учеба в мастерской профессора Ирины Судаковой, представительницы известной театральной династии, в доме которой часто бывал сам Станиславский, привила Федорову большое уважение к «классическому» театру.

Он и сейчас, будучи одним из «столпов» труппы Коляды, чей театр славится авангардными поисками новых форм, остается ярко выраженным характерным артистом с сильным комическим уклоном. Федоров умеет главное – пройти по тонкому лезвию между гротеском и реализмом – и не срезаться, важнейшее качество для артиста в системе Николая Владимировича. Яркий тому пример – роль Сергея в спектакле «Мертвые души». Он сделал из помещика Собакевича – Ельцина, такого «правителя напополам» (еще вчера партийный функционер, секретарь обкома – сегодня чуть ли не царь-батюшка с замашками Самозванца). Сергей идет по классическому пути «перевоплощения» - меняется голос, походка, структура тела. А несколько минут спустя он вдруг легко преображается в милашку-певца, с улыбкой Эдуарда Хиля исполняющего песню про дальнобойщика. Искрометный дар гротеска вкупе с высокопрофессиональной техникой сообщает всем ролям Федорова поразительную глубину, дает то пространство свободы, где смех побеждает смерть, где со смертью в очередной раз можно сыграть в дурака. Но как не парадоксально, больше, чем классику, Сергей любит современную драматургию. «Это здорово, - признается он, - когда ты первый воплощаешь на сцене новую пьесу, оживляешь ее героев, которых еще никто не видел. Когда играешь Чехова, Гоголя и другую классику, все равно помнишь, что эти роли были сыграны уже сотни раз. А с Николаем Владимировичем всегда новое: он только написал пьесу, тут же принес ее в театр с пылу с жару, распределил роли. Он там себе что-то воображал, когда создавал героя, а ты свое привносишь, и герой оживает. Та же пьеса Коляды «Баба Шанель» – мы ее первые поставили – и потом она пошла по стране. И это греет, я испытываю гордость. А в целом все мои роли как дети, недолюбленных нет».

Елена Соловьева (источник)

Назад